Как соцработники облегчают жизнь пожилым людям, рассказываем на примере глусчанки Елены Храпко, признанной лучшим работником социальной защиты района по итогам работы за 2025 год

Так получилось, что шла я для знакомства и общения с одной женщиной, а познакомилась и пообщалась с двумя — обе интересные и достойные внимания.
С Еленой Храпко мы договорились встретиться в квартире Клавдии Никаноровны Охриненко, которая живет в Глуске по улице Максима Горького.
Елена Храпко — социальный работник Глусского районного центра социального обслуживания населения, а Клавдия Никаноровна — одна из ее подопечных. В большой квартире на втором этаже тепло, чисто и уютно. С большой теплотой Клавдия Никаноровна говорит и о своей помощнице: «Леночку мне Бог послал, она мне всё помогает, и по дому, и с платежами, рецепты берет, лекарства покупает. Благодарю Бога за нее. За всё время, что она со мной, а это уже девятый год, мы ни разу не ссорились, никаких конфликтов не было, другие удивляются, что мы так смогли, что у нас так получается».
Да, Елена Храпко — не просто хороший социальный работник, по итогам за прошлый год она признана лучшим работником социальной защиты. О ней, собственно, эта статья. Но не могу не сказать, что и Клавдия Никаноровна тоже большая молодец. В свои 93 года она на своих ногах, сама о себе заботится (соцработник приходит к ней два раза в неделю), сама себя обслуживает, да, ноги болят, да, видит плохо, но всё равно старается быть самостоятельной и по мере возможности активной. Зимой во двор не выходила, но зато на своем балконе каждый день нахаживает по две-три тысячи шагов! А еще она занимается на велотренажере. Как вам такое упорство?! Чувствуется характер и старая закалка. Клавдия Никаноровна — педагог с более чем 40-летним стажем, основная часть ее жизни прошла в Хабаровске, а в Беларуси, в Глусском районе, она живет уже больше 30 лет, и только последние восемь с половиной ей по дому помогает соцработник.
Социальным работником Елена Храпко работает пятнадцатый год. Сейчас у нее на обслуживании одиннадцать человек (и это больше, чем на ставку), каждого из них она посещает два раза в неделю.
«Время для работы с каждым подопечным регламентировано и зависит от того, в квартире живет человек или в частном доме, — объясняет Елена Леонидовна, — на одно посещение в квартире отводится 1 час 50 минут, в доме — 2 часа 40 минут. У меня в своих домах проживают семь человек. Работа распределяется так, чтобы в день побывать у четырех человек, бывает, что и у пяти. Конечно, с секундомером в руках я не засекаю время своей работы, но графика всё же стараюсь придерживаться, ведь каждому, кто у меня на обслуживании, надо уделить положенное время, выполнить нужную ему работу, заканчиваю, как правило, часов в семь вечера».
Виды работ у всех тоже разные, они зависят от состояния здоровья, степени подвижности, это называется функциональный класс, его определяет врач, который дает заключение о нуждаемости человека в надомном обслуживании. Скажем, у Клавдии Никаноровны и еще пяти подопечных Елены Храпко ФК-3 (это высокая нуждаемость в помощи), у пяти — ФК-2.
Когда я пришла, Елена жарила драники, а хозяйка квартиры подсыпала сахара в сахарницу и предложила мне чая или кофе. Продолжая разговор о работе, Елена Леонидовна рассказала, что из ее нынешних подопечных с Клавдией Никаноровной она работает дольше всех — девятый год, а самое короткое время — два года.
«Люди все разные, — говорит она, — но работается со всеми хорошо, сложности бывают только в самом начале — пока привыкнешь к человеку, поймешь его привычки, характер, предпочтения, в том числе и в еде. А потом всё хорошо».

Свою работу Елена справедливо считает важной и нужной, очень ответственной, потому что от нее зависит качество жизни людей в сложном для них периоде, когда годы и болезни уже не дают возможности им самим позаботиться о себе. Количество таких людей растет (сейчас на надомном обслуживании в РЦСОН 484 человека), поэтому растет и спрос на социальных работников, людей с добрым сердцем, покладистым характером и умелыми руками. У Елены Храпко это всё сочетается очень органично.
«Мы не знаем, какая у нас будет старость, — рассуждает она. — Хочется как-то облегчить жизнь в старости другим людям, помочь им. Все, с кем я работаю, мне уже не чужие, и переживаю за них, особенно когда болеют, и радуюсь вместе с ними».
Татьяна ЛУКАШЕВИЧ
Фото автора