Никто, кроме них. Накануне годовщины со дня вывода советских войск из Афганистана корреспондент районки пообщалась с воином-интернационалистом Сергеем Зайцем

«Никто, кроме нас!» — этот девиз не просто слова, а жизненный принцип десантников. В воздушно-десантных войсках, которые считаются армейской элитой, не бывает случайных людей. В эти подразделения через жесткий отбор проходят только лучшие из лучших, те, кто прошел серьезную боевую выучку и отличную физическую подготовку, кто не дрогнет там, где опасно, где нужно проявить героизм и стойкость духа.

В декабре 1979 года именно десантники 103 воздушно-десантной дивизии в составе 40 армии одними из первых вошли на территорию Афганистана, как говорили тогда, «на помощь братскому афганскому народу», и оставались там до вывода советского ограниченного контингента в 1989 году. В феврале 1984 года в Афганистан в состав 357 воздушно-десантного полка 103 воздушно-десантной дивизии попал и наш земляк Сергей Заяц.

Призывник

Сергей Заяц родился в деревне Доколь Глусского района, там же окончил среднюю школу. Потом поступил в Минский автомеханический техникум. В октябре 1983 года получил повестку — парня ожидала срочная служба в армии. После медосмотра Сергея признали годным для службы в ВДВ и отправили на полторы недели на предпрыжковую подготовку в деревню Сычково Бобруйского района, где был аэроклуб. «Затем нас отправили в Могилёв, — рассказывает Сергей Владимирович. — Там мы и узнали, что отправляемся в Афганистан. Перед новобранцами выступил офицер и объяснил, куда и зачем нас отправляют. Тут же он предложил тем, кто не хочет ехать, выйти из строя. Вышел только один парень…»

Учебка

Неопытных новобранцев сначала отправляли в учебный центр. Из Могилёва солдаты на поезде поехали в Узбекистан, в город Фергану, где располагался отдельный учебный полк. Кстати, из Глусского района там оказалось четыре человека, все они вернулись после службы домой живыми и здоровыми.

«В учебке было очень тяжело. Основной упор командиры делали на огневую подготовку, марш-броски, тренировки на выносливость. Дисциплина — строжайшая. Командиры — очень требовательные во всём. Таким образом они нас готовили к реальным боевым действиям, учили выжить и вернуться домой невредимыми. Учебный курс, рассчитанный на шесть месяцев, мы прошли за три. В Афганистане были большие потери среди солдат, срочно нужна была замена, поэтому наш взвод прошел интенсивный курс и в полном составе отправился «за речку», — вспоминает Сергей Заяц.

Афганистан

«В конце февраля 1984 года я был уже в Афганистане, — продолжает рассказ воин-интернационалист. — На самолете нас перебросили в Кабул, в расположение 103 дивизии ВДВ. Я попал в 357 парашютно-десантный полк. Первое время жили в старой крепости Бала-Хиссар, которая расположена в Кабуле. После меня отправили в горную провинцию Бамиан, в отдаленный гарнизон, где располагался 2 парашютно-десантный батальон. Там и служил до демобилизации. По прибытии мне всё показали, рассказали, провели по постам, дали 10 дней на адаптацию, а дальше началась служба. Гарнизон располагался в горах на высоте около 3000 метров. На такой высоте адаптация проходила тяжело, была даже горная болезнь от нехватки кислорода. Кроме того, непривычным был и климат. Летом днем сильная жара, а ночью температура резко падала — на посту без бушлата не постоишь. Примерно месяц понадобился, чтобы окончательно привыкнуть к новым условиям жизни.

Наш 2 усиленный парашютно-десантный батальон находился в отдалении от других советских воинских частей. Наземных дорог к гарнизону не было. Связь держали только по воздуху. От нашего гарнизона до Кабула на вертолете мы летели 45 минут. Быт обустраивали сами: сколько служили, столько строили что-то. Например, отличную баню построили, деревья сажали. Жили в палатках. Чтобы во время обстрелов (а обстреливали почти каждый день из стрелкового оружия) пули не попадали в палатки, мы их обкладывали самодельными кирпичами. Воды в гарнизоне не было. Ее набирали в горной реке и привозили в расположение батальона на «водовозке» — это была обычная цистерна, установленная в кузове «УРАЛа». Вода была чистая, но для обеззараживания в нее всё равно сыпали хлорку.

Моя служба началась с должности стрелка. Подразделения нашего батальона выполняли сложнейшие задания: устраивали засады на душманов, перехватывали караваны с оружием, делали самостоятельно вылазки на дальние расстояния. Через провинцию Бамиан шел знаменитый Шелковый путь, и горных троп было множество. Ими пользовались душманы. Сначала их банды были разрозненные, а потом появились иностранные инструкторы, которые начали их объединять. Задача батальона была разбить банды, пока они не объединились. Непосредственно наше отделение выполняло задачи по «прочёске» местности, зачистке кишлаков. Разведчики выслеживали противника, а мы уже шли потом: искали мины, оружие, брали пленных…

Чуть позже, когда набирали отдельный взвод связи, меня перевели на должность радиста, на все боевые выходы я отправлялся с радиостанцией. Вес советской радиостанции был 18 килограммов! В конце службы меня, как более опытного, перевели на должность радиста командира батальона, и я получил уже чехословацкую радиостанцию. Она была лучше и легче: всего 11 килограммов. Командир батальона был истинный десантник. Человек очень строгий, требовательный к исполнению обязанностей и дисциплине: всё-таки мы на войне находились, нельзя было допускать самодеятельности или расслабляться, а нужно было четко следовать приказам и установленным правилам. Таким отношением к подчиненным он сохранил не одну солдатскую жизнь.

Было у солдат и свободное время: мы играли в футбол, волейбол, пели песни под гитару, обязательно читали газеты. Кстати, так как вертолеты летали к нам не каждый день и даже не каждую неделю, то новости в газетах мы читали обычно с опозданием.  Электричества у нас не было. Появилось оно только уже к концу моей службы, когда привезли дизельный генератор.

Из-за того, что гарнизон находился в отдаленной местности, мы в основном питались тушенкой, еще нам привозили муку, крупы. Мой друг-сослуживец из Москвы Саша Багрий мог приготовить из тушенки всё, что угодно, сделать из нее кулинарный шедевр: и пельмени, и пирожки, и много чего еще. Обычно такое готовили к праздникам. Хотя праздников, таких, как на гражданке, у нас-то и не было: мы постоянно жили под обстрелами разной интенсивности. Серьезная атака, с помощью артиллерии за всё время была только одна. В нашем, усиленном, гарнизоне была реактивная установка «Град», и мы отбились».

Демобилизация

В конце ноября 1985 года Сергей Заяц был демобилизован. Дорога домой вышла долгой: сначала на вертолете до столицы Афганистана, потом на военно-транспортном самолете солдат переправили в Ташкент, а оттуда на поезде в Москву и дальше уже домой. «Я уходил одним из последних из нашего призыва, — рассказывает Сергей Владимирович. — Нужно было подготовить себе смену, сдать технику. Последние два месяца перед демобилизацией были, наверное, самыми трудными: и морально — домой уж очень хотелось, и физически — хотелось вернуться без ранений. На вертолете нас отправили в Кабул. Мы дружили с ребятами-вертолетчиками, отличные они были парни. Была традиция: когда забирали демобилизованных, вертолетчики делали круг над гарнизоном, над горами, давали пулеметную очередь и улетали. Так прощались».

Домой в Доколь Сергей приехал немного позже, чем все его ждали: в Москве солдата на несколько дней свалила горная лихорадка. Врачи скорой помощи, увидев на парне тельняшку, сразу поняли, откуда он вернулся и что у него за болезнь. Сделали укол, и вскоре всё прошло. В родной дом приехал поздно ночью. Радости и счастью родителей не было предела. Утром попросил маму приготовить ему салат «оливье»…

Сергей Владимирович показал свои армейские фотографии. Их не очень много, но с учетом тех условий, где он служил, удивительно, что они вообще есть. «Да, — соглашается воин-интернационалист, — с фотографиями было трудно. Фотоаппарат откуда-то у нас был, а вот пленку достать была большая проблема. Но как-то удавалось. Однажды моя сестра на имя офицера прислала посылку с пленками, и он их мне привез. А фото делал мой друг Шура Багрий».

Афганистан снился солдату еще долго… Сейчас Сергей Заяц рассказывает своим уже взрослым сыновьям о том времени, когда он служил в далекой чужой стране, о том, что война — это самое страшное, самое несправедливое и жуткое время. А будущим солдатам он посоветовал не бояться армейских трудностей, ведь долг каждого мужчины — уметь защищать свою семью, свою Родину.

Ольга ЯНУШЕВСКАЯ

Фото Анны АВТУХОВОЙ и из архива Сергея Зайца